РУСЬ ВЕДИЧЕСКАЯ ВСЕЯСВЕТНАЯ ГРАМОТА НАУЧНО-ПОПУЛЯРНОЕ КАРТИННАЯ ГАЛЕРЕЯ
РЕДКИЕ КНИГИ СТАРЫЕ КАРТЫ ГЛАВНАЯ Х-ФАЙЛЫ
Стр.95

       КТО СЕЕТ, ТОТ И ПОЖИНАЕТ

            Я не знал как объяснить почему я чувствовал такую тягу и желание посетить женский департамент Палат Исправления. Я поговорил об этом с Нарциссой и она немедленно удовлетворила мой интерес.
            - Когда наш Отец призывает нас в определенное место, - сказала благодетельница, - то дело в том, что там нас ждет какое-то задание. Каждый случай в жизни имеет определенную цель... Обязательно соблюдайте этот принцип в своих казалось бы случайных посещениях. Всегда, когда наши мысли направлены на совершение добра будет нетрудно идентифицировать божественные подсказки.
            В этот же самый день медицинская сестра сопровождала меня в поисках Немезии - уважаемой сотрудницы этого сектора службы.
            Найти ее было не сложно.
            Ряды невероятно белых и аккуратных кроватей были заняты женщинами, которые напоминали земных нищенок, облаченных в лохмотья. Повсюду раздавались душераздирающие стоны и тоскливые вскрики. Немезия, которая была столь же великодушна как и Нарциса, добродушно сказала:
            - Вы уже должны были привыкнуть к этим сценам. В мужском департаменте ситуация практически та же самая.
            Сделав многозначительный жест своей подруге, она сказала:
            - Нарцисса, сделайте одолжение, сопроводите пожалуйста нашего брата и покажите ему службы, которые он посчитает важными для своего обучения.
            Мы с моей подругой разговаривали о человеческом тщеславии, всегда склонном к физическим удовольствиям, перечисляя наблюдения и примеры, когда достигли Павильона 7. Там находилось несколько десятков женщин, на отдельно стоящих кроватях, расположенных друг от друга на равном расстоянии.
            Я изучал лица больных, когда мой взгляд остановился на одной, из них, которая привлекла наибольшее внимание.
            Кто эта печальная женщина? Старость, казавшаяся преждевременной, отражалась на ее лице, губы ее скривились в выражении смеси усмешки и смирения. Ее запавшие и грустные глаза казались слепыми. С беспокойной памятью и угнетенным сердцем, за считанные мгновения я вспомнил ее. Это была Элиза! Та Элиза, которую я знал во времена своей молодости. Страдания изменили её, но никаких сомнений быть не могло. Я отчетливо помнил тот день, когда она, скромная и кроткая, пришла в наш дом, приведенная старым другом моей матери. Мама приняла рекомендации, которые она принесла с собой, и допустила её до работы по дому.
            Сначала ритм был обычный, не было ничего экстраординарного, затем между нами возникла чрезмерная близость, из-за которой Элиза злоупотребляла правом командовать, находясь в положении, в котором должна была служить. Элиза казалась мне довольно легкомысленной, и когда мы оставалась наедине, рассказывала без зазрения совести о своих похождениях в молодости, усугубляя этим безрассудность наших мыслей.
            Я помню тот день, когда моя мать позвала меня, чтобы дать справедливые советы. Эта близость, сказала она, не доведет до добра. Что было бы разумно обходиться с горничной с ласковой щедростью, но держать наши взаимоотношения в рамках. Однако, необдуманно я завёл нашу дружбу слишком далеко. Под огромным моральным давлением Элиза позже покинула наш дом, не смея бросить в лицо какие-либо обвинения.
            Время шло, сводя этот факт, в моих мыслях лишь к несущественному эпизоду человеческой жизни. Однако, сейчас я вспомнил этот эпизод, как и всю свою жизнь с невероятной ясностью. На против меня находилась Элиза, побежденная и униженная! Где блуждало это несчастное создание, столь скоро брошенное в болезненную главу страданий? Откуда она пришла? Ах...! Сейчас я не находился напротив Сильвейро, перед которым я разделял вину со своим отцом. Сейчас долг был полностью моим. Я стыдливо дрожал, находясь под впечатлением нахлынувших воспоминаний, и как создание страстно жаждущее прощения за совершенные ошибки, я обратился к Нарцисе, прося у нее наставления.
            Я восхищался той уверенностью, которую эти святые женщины вселяли в меня. Возможно, я никогда бы не осмелился просить у Министра Кларенсио советов и объяснений, о которых просил мать Лизиаса и, возможно, другим было бы мое поведение в этот момент, если бы рядом со мной был Тобиас. Полагая, что великодушная и христианская женщина - всегда мать, я доверился Нарциссе больше, чем когда бы то ни было. Нарцисса, по тому как она посмотрела на меня, казалось поняла все. Я начал говорить, сдерживая слезы, но в определенный момент моего признания, моя подруга сказала:
            - Не нужно продолжать дальше. Я догадываюсь, чем закончилась история. Не предавайтесь разрушительным мыслям. Я могу понять Ваши моральные страдания из-за своего собственного опыта. Однако, если Господь позволил Вам вновь встретить эту сестру, значит он считает, что вы в силах искупить вину.
            Видя мою нерешительность, она продолжила:
            Не бойтесь. Приблизьтесь к ней и ободрите ее. Все мы, брат мой, находим на своем пути плоды добра и зла, семена которых сами же и посеяли. Это утверждение не просто идеологическая фраза, а вселенская реальность. Я приобрела большую пользу от ситуаций подобной этой. Блаженны те должники, которые уже находятся в условиях, в которых могут искупить свой долг.
            Воспринимая мою твердую решимость заплатить по счетам, добавила:
            - Давайте, друг мой, но не представляйтесь пока. Для вас это будет не сложно, поскольку она временно практически слепа. Из-за пагубных сил, которые окутывают ее.
            - Мы приблизились. Я взял инициативу ободряющего слова. Элиза отождествляла себя со своим прежним именем и охотно предоставляла различную информацию. Прошло три месяца с тех пор, как она была помещена в Палаты Исправления. Желая наказать самого себя перед Нарциссой, для того, чтобы урок навсегда проник глубоко в мою душу, я спросил:
            Какова же твоя история, Элиза? Ты должно быть много страдала...
            Заметив нежный тон вопроса, она смиренно улыбнулась и облегченно сказала:
            - Зачем вспоминать такие грустные вещи?...
            - Болезненный опыт всегда нас чему-то учит, - ответил я.
            Несчастная, проявляя глубокое моральное изменение, подумала несколько секунд, словно приводя мысли в порядок и сказала:
            - Я пережила тоже, что и все легкомысленные женщины, которые променяли благословенный хлеб работы на ядовитую желчь иллюзии. Во времена далекой юности, родом из бедной семьи, я воспользовалась должностью в доме состоятельного коммерсанта, где жизнь заставила меня измениться. У этого коммерсанта был такой же молодой сын, как и я, и после близости, установившейся между нами, когда любое противодействие с моей стороны было бы бесполезным, я преступно забыла, что Господь оставляет работу для всех тех, кто любит здоровую жизнь, и из-за совершенных ошибок, я отдалась во власть болезненным переживаниям, которые нет нужды обсуждать. Я познала удовольствие, роскошь, материальное благополучие, а позже, ужас от самой себя, сифилис, госпиталь, покинутость всеми, ужасные разочарования, которые достигли наивысшей точки в слепоте и смерти тела. Я долгое время заблуждалась, пребывая в ужасном отчаянии, но однажды, я попросила покровительства Девы из Назарета, чьи посланники добра и подобрали меня, принеся в этот дом, благословенного утешения.
            Взволнованный до слез я спросил:
            - А он? Как зовут того человека, который сделал Вас такой несчастной?
            Затем я услышал, как она произнесла мое имя и имя моих родителей.
            - Вы их ненавидите? - спросил я скорбно.
            Она грустно улыбнулась и ответила:
            - В период моих прошлых страданий я проклинала воспоминания о нем, питая к нему смертельную ненависть, но сестра Немезиа изменила меня. Чтобы ненавидеть его я должна была ненавидеть и саму себя. В моем случае вина лежит не только на нем, но и на мне. Поэтому я не должна никого обвинять.
            Такое смирение растрогало меня. Я взял ее правую руку, по которой скатились слезы раскаяния.
            - Послушайте, сестра - сказал я эмоционально, - меня также зовут Андрэ, и я хочу помочь Вам. С этого момента рассчитывайте на меня.
            - И Ваш голос, - наивно сказала Элиза, - похож на его.
            - Хорошо, - взволнованно продолжил я, - до настоящего времени у меня не было строго говоря семьи в Нашем Доме. Но Вы будете здесь моей сердечной сестрой. Рассчитывайте на мою дружескую преданность.
            На ее страдальческом лице появилась улыбка, которая была подобна большому свету.
            - Я Вам так благодарна за это! - сказала она, вытирая слезы. - Вот уже много лет как никто не говорил со мной, в таком тоне, давая мне утешение искренней дружбы!... Да благословит вас Иисус.
            В этот момент, когда слезы мои были наиболее обильны, Нарцисса по-матерински взяла мои руки, и повторила:
            - Да благословит Вас Иисус!


/вернуться к содержанию/
      купить книгу в электронном виде
Томск счетчик посещений скачать